Юниэль
И, наверное, тогда все и решилось. Он позвал ее вечер в кино – он, один из многих мужчин, с которыми впоследствии Йохане пришлось делить Салом. Он носил растянутый свитер, держал сигарету тремя пальцами и щурился, когда выпускал дым. Ничего особенного.

Салом оглянулась на нее, словно спрашивая, идти ей или не идти? И на долю секунды Йохана почти поверила, что ее ответ, ее честный ответ («Пожалуйста, останься со мной, останься со мной навсегда»), мог что-то изменить. Йохана знала, что будет больно, поэтому она зажмурилась.

«Ну же, иди», - она толкнула Салом в плечо. «Хорошего вечера».

И Салом наклонила голову, словно решая что-то для себя, и едва заметно кивнула.

«До встречи, Йохана!» .

Йохана простояла там несколько минут, с закрытыми глазами, нелепо надеясь и ненавидя себя за эту надежду, что, когда она откроет глаза, Салом будет стоять рядом. Салом будет стоять рядом, жевать кончик своего хвостика и улыбаться: «Как я могу оставить тебя одну?».

И дело было совсем не в смелости. Йохана всегда знала, что, если будет нужно, она выйдет на центральную площадь, всем и каждому расскажет, как она любит Салом. Йохана не думала о любви – она думала о будущем.

Что Йохана могла дать Салом; блестящей, искрящейся Салом? Склизкую, тайную жизнь, с поцелуями, о которых никому нельзя рассказать, интимность, запертую в четырех стенах? Стыдную, неловкую близость, которую нужно будет стеречь днем и ночью, чтобы никто не узнал, чтобы никто не спросил? Годы бестактных вопросов, годы взаимных обвинений, годы бессильной и душащей любви?

И поэтому Йохана сказала себе: «Нет».

Все следующие годы она говорила себе нет, когда Салом запрокидывала голову, открывала шею и смеялась; она говорила себе нет, когда Салом засыпала у нее на плече; она говорила себе нет, когда Салом подносила ее ладонь к своему лицу и шутливо целовала ее пальцы. Она говорила себе нет и кусала ладонь, когда Салом целовала ее в щеку, обнимала со спины, приходила мерять к ней одежду, пряталась у нее на кровати под одеялом.

Йохана научилась говорить слово «нет» лучше всех других слов.